На родину Будды

Нас учат действовать, зная зачем. Культура достижения цели задает причины и направления.  Со временем отклонение от прямой между А и Б вызывает скорее раздражение, чем любопытство.  И это — смертельный симптом.  А если не бояться перепутий и отклонений, если присвоить случайности звание Судьбы, доверить ей работу поводыря? Положиться на случай, подчиниться ему, как трын-трава повинуется ветру, как облака позволяют ваять…

Read more »

Колман Баркс. Суть Руми

Если спросить у рядового читателя, с творчеством каких восточных поэтов он знаком, то большинство назовет Омара Хаяма. Кто-то припомнит Навои или Фирдоуси. И уж редкий оригинал произнесет имя Джелалэддина Руми. Потребовалось восемь веков, чтобы произведения поэта удостоились более-менее приличного издания на русском — пусть и переведены они не с фарси, а с английского, озаглавлены и сгруппированы по странному признаку американским…

Read more »

Кен Калфус. Наркомат просветления

Россия начала ХХ века всегда будет привлекать внимание писателей. Именно здесь и тогда определялись пути Истории. Американец Калфус, бывавший в России, решил рассказать, что происходило почти столетие назад, — только порядком приукрасив и немного переврав историю в интересах увлекательности. Умирает Лев Толстой — и вокруг умирающего завязываются основные события ХХ века. Кинематографисты нащупывают все новые и новые способы воздействия на…

Read more »

Макс Фрай. Ворона на мосту

Макс Фрай — одно из самых достойных имен в современной литературе. Даже если вы недоуменно пожимаете плечами при слове «фэнтези». Да, у Фрая соблюдены все внешние признаки этого жанра, — но глубина книг вовсе ими не исчерпывается. Далеко не каждый умеет так искусно плести фабулу, так умело играть словами, так остроумно смеяться, с такой грустью желать чудесного. «Ворона на мосту»…

Read more »

Марсель Эдрих. Загадочная Коко Шанель

Писатель Эдрих был знаком с Коко Шанель не понаслышке. Ему эта своенравная женщина поведала многое, о чем не говорила другим. Правда, оказалось, что это не всегда правда. Вернее, почти никогда. Эдриху пришлось продираться сквозь путаницу историй, отчасти похожих на правду, легенд, сочиненных Коко, заявлений, противоречащих друг другу, предвзятых суждений. Но в том и мастерство биографа — разглядеть истину за нагромождением…

Read more »

«Русский» Smith&Wesson

Револьвер Смита и Вессона можно назвать культовым в масштабах не только американской, но даже мировой истории. 150 лет назад пистолет стал одним из символов американской идеи независимости. А с легкой руки Великого князя Александра пистолет завоевал популярность в России. О своем любимом оружии рассказывает биолог Михаил Кречмар. Взяв в руки увесистый (длина 305 мм) шестизарядный револьвер Smith&Wesson № 3, сделанный…

Read more »