Арсеньев. Зигзаги судьбы

О жизни героев нам, кажется, известно все. Да и что собственно о них знать — они целиком принадлежат истории. Нам остается имя и слепок их имиджа, да еще поверхностные представления о самых значительных деяниях. Но иногда жизни персонажей давно исторических, каким для нас является Владимир Клавдиевич Арсеньев, имеют продолжение, которое длится до самых наших дней. Это малоизвестная история о том, как машина сталинских репрессий искорежила судьбы людей только за то, что они были потомками нашего великого соотечественника.

В энциклопедиях вся деятельность Владимира Клавдиевича Арсеньева обычно укладывалась в таком описании: Арсеньев — советский исследователь Дальнего Востока, этнограф и писатель. Однако членом Союза писателей Арсеньев при жизни не стал, и поэтому «официальным» советским писателем считаться не мог, тем более он не был «советским» ученым, потому что основные свои экспедиции Арсеньев совершил в дореволюционное время, а в 1913 году получил чин подполковника царской армии. В советские времена Арсеньева называли поручиком, тем самым как бы понижая его заслуги перед царской Россией, а значит и «вину» перед советской властью.
Надо сказать, Арсеньев работал на советскую власть так же добросовестно, как и на прежнюю. Тем не менее, особого доверия к нему не было — как бывший царский офицер  он был обязан ежемесячно отмечаться в комендатуре ОГПУ во Владивостоке. И хотя в марте 1924 года его сняли с учета «как лояльного по отношению к Советской власти», уже в 1926 году вызвали в ОГПУ Хабаровска, где и Арсеньев узнал, что на него имеется заявление о «ведении враждебной пропаганды». В конце 1920-х годов исследователя все чаще критиковали за «идеалистические воззрения» и «немарксистские подходы к науке».
Арсеньев умер 4 сентября 1930 года в возрасте 58 лет, простудившись в последней экспедиции. Теперь можно сказать, что умер он вовремя… Менее чем через год после его смерти, в июле 1931 года, владивостокская газета «Красное Знамя» опубликовала статью под заголовком «В.К.Арсеньев, как выразитель великодержавного шовинизма». Ее автор делал такой вывод: «Мы имеем право квалифицировать взгляды Арсеньева… как откровенно шовинистические, идеалистические, уходящие своими корнями в активную пропаганду империалистических идей и защиту интересов русской буржуазии… Нужна полная, неустанная работа по разоблачению чуждой нам идеологии Арсеньева». Выступление партийной газеты стало сигналом для органов госбезопасности, которые направили свое рвение против семьи ученого – во Владивостоке тогда жила его вторая жена, Маргарита Николаевна, и дочь Наташа 1920 года рождения.
«Вдову шовиниста» арестовали в 1934 году и обвинили в заговоре против Советской власти. В 1936 году освободили, порекомендовав снять ее с работы как «антисоветского элемента и политически неблагонадежную». В июне 1937-го М.Н.Арсеньеву снова арестовали и в августе 1938 года приговорили к расстрелу. 18-летняя Наташа Арсеньева осталась
во Владивостоке одна. Ее жизнь тоже оказалась трагической: в 1939 году ее осудили на 3 года «за содержание притона
в квартире», затем выпустили. В апреле 1941 года – новый арест за «антисоветские высказывания»; теперь Н.Арсеньеву осудили на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Освободилась она в 1951 году, через три года снова попала в тюрьму по «бытовой» статье. В 1958 году Верховный суд СССР «по вновь открывшимся обстоятельствам» отменил приговор в отношении Маргариты Арсеньевой, разумеется, посмертно, а вновь принятое к рассмотрению дело прекратил за отсутствием состава преступления, вот такая казуистика. В 1960 году была реабилитирована и Наталья Арсеньева…
Судьба первой семьи В.К.Арсеньева тоже не из легких. В 1939 году все они были высланы из пределов Дальневосточного края: первая жена Анна Константиновна Арсеньева (Кадашевич), сын Арсеньева, тоже Владимир, с женой Клавдией Григорьевной, и трое их сыновей (внуки Владимира Клавдиевича). Только в 1957 году Владимир Владимирович Арсеньев вернулся в Находку, при этом ему разъяснили, что «произошла ошибка». Он долгое время работал и жил в Находке, умер в 1987 году в Челябинске. И только сейчас, в июле 2006 года, Игорь Владимирович, один из внуков Владимира Клавдиевича, по-прежнему живущий в Находке, получил три справки о реабилитации. На себя, своего отца Владимира Владимировича Арсеньева и мать Клавдию Григорьевну. Первая супруга В.К.Арсеньева, Анна Константиновна, почему-то так и не реабилитирована…
Арсеньев умер 4 сентября 1930 года в возрасте 58 лет, простудившись в последней экспедиции. Теперь можно сказать, что умер он вовремя… Менее чем через год после его смерти, в июле 1931 года, владивостокская газета «Красное Знамя» опубликовала статью под заголовком: «В.К.Арсеньев, как выразитель великодержавного шовинизма». Ее автор делал такой вывод: «Мы имеем право квалифицировать взгляды Арсеньева… как откровенно шовинистические, идеалистические, уходящие своими корнями в активную пропаганду империалистических идей и защиту интересов русской буржуазии… Нужна полная, неустанная работа по разоблачению чуждой нам идеологии Арсеньева». Выступление партийной газеты стало сигналом для органов госбезопасности, которые направили свое рвение против семьи ученого: во Владивостоке тогда жила его вторая жена, Маргарита Николаевна, и дочь Наташа 1920 года рождения.
«Вдову шовиниста» арестовали в 1934 году и обвинили в заговоре против Советской власти. В 1936 году освободили, порекомендовав снять ее с работы как «антисоветского элемента и политически неблагонадежную». В июне 1937-го М.Н. Арсеньеву снова арестовали и в августе 1938 года приговорили к расстрелу. 18-летняя Наташа Арсеньева осталась во Владивостоке одна. Ее жизнь тоже оказалась трагической: в 1939 году ее осудили на 3 года «за содержание притона в квартире», затем выпустили. В апреле 1941 года — новый арест за «антисоветские высказывания»; теперь Н. Арсеньеву осудили на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Освободилась она в 1951 году, через три года снова попала в тюрьму по «бытовой» статье. В 1958 году Верховный суд СССР «по вновь открывшимся обстоятельствам» отменил приговор в отношении Маргариты Арсеньевой, разумеется, посмертно, а вновь принятое к рассмотрению дело прекратил за отсутствием состава преступления, вот такая казуистика. В 1960 году была реабилитирована и Наталья Арсеньева…
Судьба первой семьи В.К. Арсеньева тоже не из легких. В 1939 году все они были высланы из пределов Дальневосточного края: первая жена Анна Константиновна Арсеньева (Кадашевич), сын Арсеньева, тоже Владимир, с женой Клавдией Григорьевной и трое их сыновей (внуки Владимира Клавдиевича). Только в 1957 году Владимир Владимирович Арсеньев вернулся в Находку, при этом ему разъяснили, что «произошла ошибка». Он долгое время работал и жил в Находке, умер в 1987 году в Челябинске. И только сейчас, в июле 2006 года, Игорь Владимирович, один из внуков Владимира Клавдиевича, по-прежнему живущий в Находке, получил три справки о реабилитации. На себя, своего отца Владимира Владимировича Арсеньева и мать Клавдию Григорьевну. Первая супруга В.К. Арсеньева, Анна Константиновна, почему-то так и не реабилитирована…

Исследователь, писатель…
Владимир Клавдиевич Арсеньев. На Дальнем Востоке его имя известно, практически каждому, да и за пределами региона кто не слышал о Дерсу? Повесть «Дерсу Узала» опубликована более чем на 30 языках, издавалась десятки раз. Переведенная в киноформат, она стала объектом современного искусства и принесла «Оскара» Акире Куросаве. Арсеньев увековечил своего гида-проводника, превратив его в литературный персонаж, а уже персонаж принес исследователю неоценимую помощь при жизни и всемирную славу после смерти. Незабываемый удэгеец повлиял и на имидж своего автора так, что в памяти потомков Владимир Клавдиевич остался, прежде всего, писателем. Только узкому кругу историков и этнографов известны его долгое время засекреченные труды: «Китайцы в Уссурийском крае» и «Краткий военно-географический и военно-статистический очерк Уссурийского края».
Арсеньев-исследователь так и не увидел издания своей работы «Памятники старины Уссурийского края», над которой трудился более 25 лет, она не опубликована до сих пор. Арсеньев сделал очень много для того, чтобы «белые пятна» на карте Дальнего Востока заполнились ниточками рек и пунктирами троп, горными хребтами и болотами. Помимо топографии, он занимался военной разведкой, борьбой с хунхузами, описанием флоры и фауны, астрономическими и метеонаблюдениями, геологией и картографией, этнографией и археологией, музейным делом и преподаванием.

Текст Ивана Егорчева, действительного члена Общества изучения Амурского края, лауреата премии имени В.К. Арсеньева. При написании статьи использованы работы А.И.Тарасовой и А.А. Хисамутдинова. Редакция благодарит Общество изучения Амурского края за фотоматериалы, предоставленные из архива Общества. Материал опубликован в бортовом журнале «Владивосток Авиа» № 29, 2006 г.

0 Comments

Comments RSS

Leave a comment

Allowed tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>