Малайзия. Смех и гордость Куала-Лумпура

Путешествие в Кула-Лумпур нельзя назвать «погружением» в другой мир, пусть он и оказывается неожиданно пестрым и чрезвычайно динамичным, скорее наоборот, — это похоже на выныривание на свежий воздух. Не то чтобы это было какое-то особенно хорошо продуманное для туристов место (проблем и несуразностей тут хватает). Просто это город с располагающей атмосферой. Интересный, добрый, просторный, недорогой, очень культурный, причудливо застроенный, наполненный историей, приятной динамикой, с хорошо развитой сферой потребления и т.д. Но главное — здесь много симпатичных и веселых людей. Через несколько дней, проходящих в разговорах и шутках, хочется уже тут остаться, причем на неопределенное время, потому что время здесь, как ему и положено, — раскрывается.
Выходишь из самолета в аэропорту Куала-Лумпура, который, хотя и находится в нескольких часах лету от российской цивилизации, кажется, утонул в тропическом лесу. Влажный, очень теплый, но свежий воздух. С ярусов многоэтажных зданий свисают тропические деревья, вокруг — джунгли, и эта особенность ландшафта (не деревья среди домов, а дома среди деревьев) выдержана и в густо застроенном центре города. Теплая влажность особенно ощутима ночью, обволакивает путника, но не прячет улицы, как туман, а создает особую оптику, слегка размывая контуры сверкающих небоскребов.
Перед тем, как идти гулять по ночному Куала-Лумпуру, получаешь сразу несколько наставлений. Гид советует не заходить в дебри и не связываться с выходцами из Африки, которые считаются самой непредсказуемой категорией общества (хотя их не так уж много на фоне почти двухмиллионного населения столицы, большую часть которого составляют малайцы, индусы, китайцы, арабы). В номере отеля на видном месте — памятка, которая предписывает остерегаться мотоциклистов и не дразнить их сумками. Консьерж рекомендует вообще воздержаться от пешей прогулки и взять такси («Потому что поздно, сэр»). Вдобавок к этому на улице встречаются специальные дорожные знаки — «Берегись налетчиков». Но воздух в Куала-Лумпуре такой теплый и приятный, а темные улицы в пальмах кажутся такими уютными, что, выбрав какой-нибудь ориентир: башни «Петронас», «Хард-рок кафе» или центр ночной жизни — проспект Букит Бинтан, — спокойно идешь себе и рано или поздно попадаешь на улицу, полную людей, музыки и сверкающих реклам.
Среди тех, кто в ночном городе ищет отдыха и развлечений, то и дело попадаются местные отверженные, которые ненавязчиво предлагают купить часы или телефоны. Крохотная девочка в мусульманском платке продает розы — так, будто просит милостыню. Стайки молодежи в переулках. Редкие автомобили и еще более редкие мотоциклисты. Очевидно, большинство горожан по ночам отдыхает, а почти всю ночную публику столицы представляют гости. Агрессии нет и в помине. Ни одного колючего взгляда. Скорее наоборот. Нужно было срочно позвонить, а телефон выключился. На небольшой площади возле одного из центральных молов стоят местные панки с ирокезами. «Привет, ребята, вы любите панк-рок? Ramones или Sex Pistols?» «И то, и другое». «У меня батарейка на телефоне села. Дайте позвонить». «Пожалуйста».
В популярном местном баре Piccolo Mondo полно посетителей, музыку слышно за квартал. Кажется, внутри люди сидят друг на друге, но в то же время никто никого не толкает. (Вообще в любом месте, кто бы тебя ни задел случайно плечом, всегда услышишь вежливое: «Извините»). Половина танцует, половина выпивает, курит сигареты, кальяны… Главные люди здесь — игривые официанты, которые разносят пиво, изящно пританцовывая и многозначительно подмигивая — и девушкам, и мужчинам. Одной веселой посетительнице бармен показывает язык. Звучит смесь ближневосточного попа с рэпом. Диджей: «А эту песню я хочу посвятить прекрасной леди из Узбекистана»! Все начинают радостно кричать. Рука сама тянется за кружкой…
Дипломат какого-то государства беседует с малайской красоткой… «Я хочу вас… пригласить куда-нибудь, согласны?» «Может быть». «А что вы предпочитаете — шампанское, вино или может быть коктейль?» «Шишу»…
Улица Джалан Алор — чрево Куала-Лумпура, рай китайской кухни, где все дешево и вкусно. Простой на вид рыбный супчик оказывается деликатесным блюдом, в котором сочетаются разные тонкие вкусы, но нет ничего лишнего. Ловко приготовленные свиные ребрышки. Нежные морепродукты. И очень комфортная атмосфера, несмотря на толпы людей до утра и пластиковую мебель прямо на улице. Именитый сингапурский фотограф Одзаки, приехавший специально на показ мод, в перерывах между ребрышками и креветками, объясняет, как правильно снимать моделей на подиуме. «Они все должны смотреть в твой объектив, понимаешь?» А потом показывает любимый фокус: достает пары фотографий, на одной — очень полная девушка, на другой — худенькая красотка. Не скрывая гордости: «Это одна и та же девушка…» Молодые официанты, обступившие мэтра, косятся друг на друга и посмеиваются.
Культ еды, похоже, простирается на все улицы и охватывает всю страну. Побывав в самых разнообразных заведениях общепита — от очень дорогих в столице до самых простеньких в деревне, — можно прийти к однозначному выводу, что в стране существует негласный стандарт качества питания. Здесь везде хорошо и вкусно кормят.
В Куала-Лумпуре, где живут разные национальности, представлены разные кухни: индийская, малайская, китайская, японская, ближневосточная, европейская. Похоже, самые популярные блюда — рис, курица в кари, говядина в кари, креветки в кари, крабы (не без кари), разнообразные салаты, в том числе салат из тропического папоротника. Почти все готовится с использованием пряностей. На пальмовом масле. Часто с добавлением кокосового молока. Особенно впечатляют морепродукты и национальные изыски. Голубой ароматный рис. Мангровый краб в молоке. Полное блюдо таких крабов в ресторане в Кота-Кинабалу стоит на наши деньги порядка 500 рублей. Это не ежедневное блюдо малайцев, у которых средняя зарплата — 20—30 тысяч в пересчете на рубли.
Шагая в отель по опустевшим улицам, испытываешь приятное чувство покоя. По пути — витрины с настоящими Ferrari, Bentley, бездомные собаки, мирно спящий мужчина на безлюдной улице. В английском квартале, местном Уолл-стрите, где сосредоточена банковская жизнь, на стене выведена веселая надпись: Vandalism connecting peoples…
Одинокий трансвестит на улице. Стройный длинноволосый юноша, которого, как и всех представительниц «древнейшей профессии», на местном жаргоне зовут «курицей» (chiken). Женщины «легко поведения» — героини анекдотов. Индийский турист приехал в Куала-Лумпур и под вечер захотел заказать курицу, с доставкой. Гид, чтобы не впутываться в это дело, отправил его к консьержу и т.п. Согласно другом анекдоту, индусы сначала приезжают в Куала-Лумпур с женами и детьми (магазины, рестораны, зоопарки), а потом, отведав курицы, стараются ездить в одиночку… Судя по тому, как душевно гуляют по городу интернациональные парочки, можно заключить, что «индийский синдром» хорошо знаком мужчинам разных национальностей.
Возле пятизвездочного отеля Royale Chulan, выстроенного в стиле малайских традиционных домов, сидит парень с гитарой, — Алимран, музыкант местной группы c незатейливым названием Rock of Ages. Днем учится в музыкальном колледже по классу народных малайских инструментов, по ночам барабанит в клубе. Как и многие малайцы, обожает рок-н-ролл. Оказывается, еще чуть ли не с 1980-х в Куала-Лумпуре играют хард-рок. С тех пор Малайзия нарастила богатые традиции, здесь много хороших исполнителей, много ценителей, но вот сочинять музыку так же, как на Западе, не получается. Друзья-американцы советуют не зацикливаться на подражании, а пуститься в свое творчество. Но тогда (пока не станешь знаменитым) сложно работать в клубе. Как оказалось, Rock of Ages Band очень профессионально и с большим артистизмом делает кавера на классические рок-хиты. «To love somebody» Bee Gees звучит так, что, кажется, будто Куала-Лумпур стал центром мира. Специально для русских гостей — «Ветер перемен» The Scorpions. Исполнено безупречно. Посетителей немного. Пиво вкусное и недорогое. Вокалистка Белгиз впечатляет своей красотой не меньше, чем талантом, какую бы песню ни решила она спеть. Ей чуть больше 20. Очаровательная улыбка, умные горящие глаза, изящные руки… После залихватского «Зомби» The Cranberries, она была настолько добра, что согласилась потанцевать с каким-то подвыпившим посетителем. Под присмотром своего парня, который в это время пел на сцене…
Первое чувство, которое посещает утром в малайской столице, — будто ты проснулся в пионерском лагере. Только среди пальм, мотороллеров, дорогих спорт-каров и давно сошедших с производства «тойот», красивых женщин в майках, женщин в арабских платьях, оставляющих открытыми только глаза, незнакомых, но улыбающихся людей, американцев с детьми, иранцев с детьми, индусов в рубашках, смутных африканцев, китайцев, свободно говорящих по-английски, европейцев в деловых костюмах, туристов со всех стран мира, среди переплетения дорог, мостов через реки, кусков джунглей, небоскребов и деревенских кварталов, бесконечных уличных кафе, магазинов и крупных молов, в которых можно гулять по полдня, выбирая красивые вещи мировых марок по ценам в 2—3 раза дешевле, чем в РФ, покупая сигареты и пиво в «7 eleven», открытом на каждой улице, гуляя по парку птиц среди цапель и павлинов, заглядывая в парк бабочек, фотографируя солдат в юбках у ворот резиденции короля, пытаясь определить, насколько местная автомобильная марка Proton похожа на прототип Mitsubishi, натыкаясь на диких куриц за китайским храмом, поднимаясь на «Менару» — одну из самых высоких в мире телебашен (при подъеме закладывает уши) — и разглядывая оттуда окрестности, воочию убеждаешься в том, что Куала-Лумпур-то — очень большой город.
Город не имеет определенного центра. В каждой части есть свои достопримечательности, музеи, мечети, галереи… Британский квартал, старый французский квартал, китайский квартал, индийский квартал, национальная деревня, городок военнослужащих среди пальмовых зарослей и т.п. В общем архитектурном фоне столицы доминирует эклектика: арабский стиль соперничает с малайским фольклором, китайским городским стилем, европейской классикой и транснациональным хай-теком. Очень скоро становится понятно, что, сколько ты ни живи здесь, всего Куала-Лумпура никогда не узнаешь. Не говоря уже о вылазках в пальмовый пригород или путешествии в культовый город Малакка, малайскую Венецию, занесенную в список всемирного наследия ЮНЕСКО и расположенную всего в двух часах езды от столицы.
Интересный опыт — экскурсия на фабрику Royal Selangor, знакомство с производством изделий из «пьютера», особого оловянного сплава. На фабрике работает человек триста. Большая часть операций — ручная работа. Отпечатки рук передовиков производства украшают центральную проходную. Малайзия на протяжении последних лет 200 — один из лидеров по производству олова, сегодня она успешно экспортирует металл и с блеском производит сувениры для всего мира. На входе в фабрику — вошедшая в книгу рекордов Гиннесса самая большая оловянная пивная кружка. На выходе — всевозможные изделия, которые можно купить на память: крокодилы, кружки, бокалы, туески, вилки, ножи, шкатулки, статуэтки. От не очень дорогих (самая дешевая вещь из олова стоит рублей 300) до коллекционных украшений из золота и серебра.
Стоит обойти сверкающий небоскреб, попадешь в подворотню с двухэтажными домами, собаками и кошками, с какой-то любительской картиной, прибитой к гаражу, — будто это не улица, а продолжение жилого пространства. Во дворе — кафе на несколько столиков, за которыми местные не спеша едят: кто разговаривает, кто читает газету. Покупаешь чай со льдом (рубля два на наши деньги), пьешь и ловишь себя на мысли, что такое уже было где-то. Может, в детстве…
Куала-Лумпур — очень зеленый город. После начатых относительно недавно кардинальных перемен в отношении к окружающей среде, прекращения вырубки лесов, реализации программ по сохранению дикой природы, уже перестаешь удивляться, что в самом центре столицы можно найти массу не парков даже, а джунглеподобных участков. И тогда уже не удивляешься тому, что правилом хорошего тона для пятизвездочных отелей является не только иметь в своих владениях кусок дикой природы, но и содержать на нем исследовательские центры по реабилитации орангутангов, выращиванию моллюсков и т.п. Плюс — зеленый бизнес государственного масштаба: производство пальмового масла и каучука, наукоемкая промышленность (в Малайзии открыты производства всевозможных мировых марок) и, конечно, туризм.
Соображения о колониальном прошлом и относительно короткой истории независимости Малайзии — неудачный путеводитель. Малайзия со своей территориальной определенностью и культурным своеобразием не моложе, чем Греция, Англия или Вьетнам. Интересно, что традиционное искусство востребовано современной культурой. Древние малайские узоры украшают модные вещи, принципы традиционного домостроения используют в архитектуре и декоре.
Сосуществование нескольких культур — малайской, арабской, индийской, китайской и европейской — это доминанта стиля жизни Малайзии. Швейцары в отелях или военные в парадной форме носят национальные малайские юбки с узнаваемым угловатым плетеным узором, надетые поверх брюк. В магазине исламской одежды для женщин играет джаз. Все говорят по-малайски и по-английски.
Самая гениальная вещь в Куала-Лумпуре — это башни-близнецы «Петронас». Они символизируют весь тот сложный образ, который представляет собой Малайзии — от своих корней в сумраке тропических лесов до напористого, как космический корабль, стремления в будущее. Башни гениальны, потому что они лаконично и красиво соединяют в себе стилистику малайского искусства, древних индийских храмов, исламской архитектуры, фэн-шуй, западный постмодернизм и хай-тек, с коннотациями финансового и промышленного роста. Башни выражают идею богатств Малайзии. «Петронас» — национальная нефтегазовая компания. А оловянный декор представляет добычу олова. Слоистая структура вытянутых и сужающихся кверху башен намекает на строение пальмы — один из основных источников благосостояния нации — пальмовое масло. Наконец, башни работают как украшение города, туристический и культурный символ — внутри, помимо офисов, расположен один из крупнейших торговых молов, плюс океанариум и центр искусства. Гражданская гордость малайцев не очевидна, но заразительна. Она проявляется не через плакаты и СМИ, а на простом уровне — в позиции обычных людей, которые хорошо знают о ценностях остального мира, носят джинсы, говорят по-английски, но искренне любят свою страну и считают ее богатства, традиции и достижения лучшими — без всякой заносчивости или наивной расслабленности. Они любят свою страну, трезво оценивая происходящее.
Не говоря об экономике, а каждый малаец знает, что страна входит в число мировых лидеров по производству пальмового масла, каучука, олова и обладает солидным нефтегазовым потенциалом, местные жители убеждены, что здесь самый комфортный климат, самые красивые пляжи, самые девственные джунгли, лучшие носатые обезьяны, хорошие магазины, многие из которых точно такие же, как в Европе и США, приличные гостинцы, развитая транспортная инфраструктура и, пожалуй, лучшая в мире еда. Если попробовать описать малайской девушке красоты русской зимы, ее особое очарование, морозец, просторы и свежесть моря, покрытого льдом, она невольно состроит такое лицо хитро-добродушное: «Ты это серьезно насчет снега?» И этим вопросом она способна поколебать даже самый стойкий патриотизм. Действительно, при чем тут снег… Когда, вокруг пальмы и цветы, эскалаторы прямо на улицах, повсюду легкий аромат лимонной травы, отличное пиво, улыбки… А в сумке — увесистая, только что изданная в США книжка про Дэвида Боуи, купленная в книжном магазине за углом…
Гордость малайцев основана не на виртуальной пропаганде государства, а на том, что можно потрогать руками. Люди видят, что с каждым годом жизнь в стране становится лучше. Доходы государства и граждан растут, число безработных и бедных (и без того низкое в сравнении с другими странами) уменьшается. Законы соблюдаются строго (за наркотики — смертная казнь, ничего уникального, но работает эффективно). За неделю, которая прошла в разных городах Малайзии, не было замечено ни одной дорожной аварии, ни одной уличной драки и т.п.
Если раньше Малайзия была дойной коровой европейских метрополий, сегодня, похоже, ситуация переламывается в противоположную сторону: бывшая колония, демонстрируя устойчивый экономический рост, сама нанимает европейцев на работу. Страна открыта миру и мировому бизнесу, активно приглашает иностранных специалистов, но при этом заботится о занятости своих граждан (к примеру, в трех пятизвездочных отелях на всех должностях, кроме, возможно, управляющего, работают местные).
Серьезный факт. Молодые малайцы, выпускники университетов, убежденно остаются в родных городах. Работа есть не только для врачей, менеджеров и инженеров, но и для дизайнеров и музыкантов. Страна предлагает широкие возможности заниматься любимым делом и зарабатывать на жизнь. Перспективным студентам государство дает возможность стажироваться за рубежом. Завтрашний день большинство встречает со спокойным оптимизмом.
При всем глубоком уважении к власти, как светской, так и традиционной, которую олицетворяет монарх со своей многочисленной семьей, вы так и не узнаете, как они выглядят. Портретов короля, принцев-наместников или премьер-министра нет ни на улицах, ни в кабинетах чиновников, ни на первых полосах центральной малайской газеты The Star. Передовица, посвященная студенческому электорату, с разных точек зрения пытается разрешить проблему, касающуюся прав молодежи. Заметка про короля дана без фото и помещена внизу. «Король вернулся из дипломатической поездки в Арктику», — в экваториальном климате новость читается особенно бодро. Как известно, история Малайзии, обретшей независимость чуть больше полу века назад, знает столько потрясений, унижений, борьбы за независимость, что теперь здесь одинаково дорожат такими вещами, как национальная власть и демократия.
Другой пример. Шикарный концерт в центральном концерт-холле столицы. Интернациональный фестиваль классической музыки имени Шопена, который ежегодно проходит в Куала-Лумпуре на протяжении 10 лет. Среди участников — виолончелистка из Англии Миранда Хардинг, скрипачка из Франции Бильяна Гаврильска, знаменитая пианистка из России Наталья Трулль, выдающийся китайский пианист Сехенг Сонг, один из крупнейших современных композиторов Малайзии Нг Чонг Лим, а также музыканты из США, Македонии и Узбекистана. (Познакомившись с представительницами узбекской интеллигенции, узнаешь, что они с консерваторским образованием, иммигрировали из Ташкента, одна играет в симфоническом оркестре в столичном театре Истана Будайя, другая преподает скрипку в колледже). В программе — Порокофьев, Чайковский, Рахманинов, Шопен, Бах и премьера — авангардный опус малайского гения, совместившего рояль с национальными инструментами и театром кукол. В числе слушателей присутствовал его высочество принц, гость из соседнего штата. Так вот, не считая приветствия перед началом и прощания после концерта (распорядитель концерта просит зал подняться), никакой помпы не было. Принц сидел на своем почетном месте, как обычный слушатель, в обычной одежде. Особой охраны не было. Тут трудно не вспомнить, как какой-нибудь российский министр во время дежурной поездки может на несколько часов парализовать движение целого города.
Ну и еще один пример на ту же тему. Презентация особого туристического сезона «YES (Year End Sale 2011)» — начала распродаж — под лозунгом «Малайзия — настоящая Азия» проходила в простой и просторной палатке, разбитой на центральной улице Куала-Лумпура. Выступление министра. Софиты, музыка, легкий фуршет, журналисты со всех стран. С шутками и прибаутками отчитавшись о росте туристического сектора и открытии новых шопинг-молов, которых и так много, министр туризма Дато Шри Др. Энг Йен Йен подытожила свою речь пламенным утверждением, что Малайзия — это не только истинная Азия, а настоящий рай для шопоголиков, где созданы все условия для того, чтобы человек потратил все свои деньги — до последнего ринггита. На вопрос о русском туристе, министр сказала, что око властелина малайского шопинга как раз в эту сторону и смотрит. Особенно на Дальний Восток. Все. Можно свободно выйти и оказаться на улице. Ни пафоса, ни особой охраны. И все работает.
За те несколько дней знакомства, которое Министерство туризма Малайзии любезно организовало для группы дальневосточных журналистов, можно было получить массу интересных впечатлений, исключительно приятных, к которым не в последнюю очередь относится ощущение от неразгаданности вопроса: «Что же это за государство?» В том смысле, что сразу ощущаешь, что страна настолько приятная, удобная и даже родная, что не вызывает сомнений то, что ее считают своим домом люди самых разных национальностей. Такой удобной, заряженной энергетикой изобилия она была с незапамятных времен, и это было как источником ее проблем, так и основой ее стабильного процветания. И, в принципе, остается причиной того, что вопрос о четком понимании страны остается загадкой.
Редакция благодарит Министерство туризма Малайзии за организацию поездки.
Текст и фото Евгения Панкратьева, опубликовано в бортовом журнале «Владивосток Авиа»№50, 2011 г.

0 Comments

Comments RSS

Leave a comment

Allowed tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>