Машенькин дневник

2002

Маша говорит: кошолад (шоколад), кельги (кегли), Оскана (Оксана). Любит сказку про мышонка (рассказывает мама). Любит купаться, не любит ветер, боится Бабу Ягу, фантазирует на эту тему. Про исчезнувшие предметы (соска, машинка) Маша уверенно говорит: «Баба Яга села (съела)». Иногда говорит: «Я Баба Яга, Гоша боиса (боится) Бабу Ягу, Гоша — Алёнушка». Гоша — это наш спаниель. Вот покормил «Алёнушку» и записал это. Маше два с половиной года. На улице сильный снег, метель.
В кафе «Минутка» Маша совершенно неожиданно говорит: «Надо тетю убить». До этого говорила так в отношении Винни-Пуха. Удивительно, откуда это идёт? На обратном пути купил ей красную машинку. Она сказала в первый раз: «Папа, спасибо за подарок». Конечно, это её мама научила. Но всё равно удивительно и приятно.
На мамин вопрос «Как зовут твою подружку в садике?», Маша ответила очень серьёзно: «Мою подружку зовут мальчик».
На сонном часе Маша не хотела спать, не закрывала глаза.
Воспитательница: «Спи!»
Маша: «А расскажи сказку!»
Воспитательница, только и смогла выдохнуть: «Маша, блин!..»
Жаловалась, что в садике её обижал мальчик. «Как обижал?» Маша, очень серьёзно: «Он на меня дул».
Недавно впервые пробовала сама рассказать сказку. По-своему, очень коротко и забавно, повторила рассказанное только что мною: «Жила была одна птица, и вот она пошла в лес за грибами… И вдруг (страшным голосом) волк злой!»
Несколько дней назад перед сном: «Папа, я тебя люблю. Маша вырастет, будет тётя и пойдет в магазин. Я куплю тебе, папа, жевачку и велосипед…» Повторила обещание несколько раз.
В связи с беспокойным и часто капризным, крикливым и плаксивым поведением Маши, её упрямством, иногда раздражаешься. Это естественно, но всё-таки подумалось, что, может быть, верно, когда воспитывают гувернеры, мамки, дядьки, а родители только любят и только для любви видятся: общаются, гуляют, жалеют, ласково наставляют и ободряют.
Не есть ли тут аналогия с Богом, который позволяет бедам нас воспитывать, но сам всегда только любит?
Смотрели с Машей кино и ели яблоко. Первый кусочек на блюдце она подала мне.

2003

Первый её утренник в детском саду. Конечно — снежинка. Снимали на камеру. Машеньке не досталось «снежка» (ватного комочка, которыми перекидывались дети), была трогательно растеряна.
После утренника неизвестный украл всю зарплату воспитателей, но воспитательница, изображавшая на утреннике зайчика, догнала неизвестного где-то уже в отдалении и борцовским приёмом завернула ему руку за спину. Молодец, «зайчик»!
Слушали Морриконе, представляли, кто из животных идёт под эту музыку. Любит «музыку роботов» (Kraftwerk), приходит в радостное возбуждение, прячется. Много и неплохо рисует. Спрашивал: «Кем ты будешь, когда вырастешь?» Ответила: «Спящей красавицей».
Любимые слова «какашка», «попа».
Пела песни собственного сочинения (мгновенного), без особой мелодии, на слова, которые приходили на ум. Говорила, что это мама её научила этой песне.
Маша сочиняет сама сказки. Теперь не я — она мне рассказывает на ночь. «Жили-были три брата. Один побольше, другой подальше». «Встретился волк с лисичкой, а она говорит, я не хочу с тобой жениться и влюбляться не хочу. И пошёл волк, описялся и обкакался».
Жаловалась на то, что у неё болит горлышко: «У меня голос болит».
«Я молодая. У меня ручки состарели, а голова — нет».
В садике её укусила Маша Костецкая. Спрашиваю:
«За что?» «А я её сразу погладила, а она меня укусила».
«Почему ты плакала, не хотела идти спать?»
«А я думала, что у тебя в комнате люстра некрасивая».
Рассказывал ей сказку: «Жила была одна свинья, она была злая и глупая. А стала такой, потому что не слушалась маму и папу, клала ноги на стол, кричала противным капризным голосом, не хотела кушать, умываться и ложиться в постель…»
Маша посмотрела на меня и очень серьёзно, встревожено, сказала: «Я больше так не буду…»
Спрашивал, умеет ли Маша свистеть, она, конечно, по своей привычке ответила: «Да». (Это у неё манера такая. «Знаешь, что такое сарай?» «Да!» «Ну и что это?» «Ну… Скажи!») Когда я разоблачил её враньё насчет свиста, очень трогательно защищалась: «Ну, конечно, откуда же мне уметь свистеть, я же ещё в школе не училась». Вечером была гроза с градом, смотрели на молнии.
«Я не могу вставать. Я могу только лежать и есть огурец», — слабая, во время болезни. Примечательно, что никакого огурца не было.
«Папа, а ты можешь купить барана?»
«Нет, это дорого, можно только кусочек купить,
хочешь?»
«Да, но ему же будет больно».
«Да».
«А ты только маленький кусочек. Тогда он будет терпеть».
Ходила в садике в сауну, рассказывает: «А вот Маша Костецкая говорила, что в сауне темно и мыши летают».

2004

Любит шутить, говорит: «Я не Маша Мамонтова, я — Маша Колготки». Любит говорить рифмы, иногда удачные: тарелка-белка. Рассказывает истории, сказки, которые записываем на магнитофон.
Вместо «у нас сегодня физкультура», Маша говорит
«у нас сегодня безкультура».
Сочиняет письмо от одной куклы другой: «Здравствуй, моя милая, поздравляю тебя с восьмым утра…»
«Эта птица будет “жених” а эта “жена”».
«Давай поиграем, я буду маленький птенец, а ты мой папа — большой птенец, который может склювать всю опасность».
«Папа, не кури! У тебя крылья вырастут!»
«Почему?»
«Ну, мы с мамой картинку видели в больнице».
Сочиняет сама ещё и загадки:
«Кто такой — один белый, один серый?»
«Не знаю».
«Это один заяц и один волк».
Любит танцевать под сонаты Бетховена, увертюру
к «Волшебной флейте». Вчера танцевали с ней вместе под “Sex Pistols”.
Ходили за хлебом, на детскую площадку и за ароматичес-кими палочками — Маша выбрала чёрную, с ароматом розы.
Мыслит только с гендерных позиций. За ужином: «Гречневая каша — это жених, а пшеничная каша —
это жена».
Перед сном после моей сказки рассказывает ещё какие-то истории сама себе, отрывок: «…А он пошёл
и толкнул дедушку…милиционера…»
Балуется, залезла за свою кроватку и делает что-то вроде отжиманий:
«Я делаю зарядку, чтобы лучше спать».
«Зарядку на ночь не делают!»
«А я делаю колыбельную зарядку».
Всякое высказывание начинает словами: «Послушай, я хочу тебе сказать…» Или просто: «Послушай!»
«Папа ты сильный, как…робот».
Рассматривали картинку. Там принц и принцесса. Маша сказала: «Это ты, а это мама».
Когда мама ушла на работу: «А когда мамы нету, то эта принцесса — это я».
Проходили мимо методистской церкви, во время службы. Кто-то пел в микрофон песню о Христе. Маша заглянула и восторженно улыбнулась: «О! Кафе!»
В кафе они с мамой ездят по субботам.
Утром молочнице, радостно (увидела её впервые):
«Вы к нам жить пришли!?»
Просит: «Приготовь мне салат со сгущёнными сосисками».
Вечером, укладываясь спать, попросила: «Сделай музыку потише, а то мне мои сны не слышно».
Играем с ней в футбол. Очень обижается, когда пропускает голы, а когда бьёт мне, просит: «Ты подними ногу, когда мяч будет катиться, чтоб я забила».
Приходили гости, внуки Светланы, братья-близнецы. Машенька прибегает ко мне заплаканная. Мальчишки изрисовали чёрным маркером её раскраску, глупо и безобразно позарисовывали глаза у зверюшек и принцесс, которых она обычно раскрашивала с такой любовью и старанием, словно вкладывала в них жизнь, и теперь переживала по ним, как по погубленным. Я почувствовал это, и меня тоже словно в сердце ударило от этого пустяка, в общем-то… Пообещал купить ей новую раскраску.
Смотрит мультфильм «Лебединое озеро», просит не проматывать титры: «Там музыка красивая».
«А ты знаешь, кто её написал?»
«Кто?»
«Чайковский».
Улыбается понимающей улыбкой, кивает:
«Корней Чайковский».
Вернулись из садика, немного утомленные, сели ужинать (мама была в отъезде), я почему-то спросил её: «Маша, ты счастлива?»
«Да. Счастлива», — ответила она очень просто.
В продолжение темы.
Замотанный всевозможными хлопотами, воздел руки
к небу со словами: «Маша! Скажи, в чём счастье
в жизни?!»
«Счастье — это же и есть жизнь». И зря я потом выпытывал, от кого услышала.
«Ни от кого, сама».
«Так, вас нужно послушать».
Слушает, как будто через стетоскоп.
«Всё понятно. У вас больное сердце. Вам нужно носить очки. Постоянно!»
Часто ездит по врачам.
На ночь читает на память молитвы. Хотя и не регулярно. Научила бабушка Надя.
Любит паштет. Говорит: «Он похож на шоколадное масло…»

2005

Поёт песню: «Ай-ай-ай, это между нами ёкарный бабай».
Спрашиваю, кто научил. «А это в садике Елена Михайловна (воспитательница) так всех детей называет — «ёкарный бабай».
Рассказывает: «Я видела такой мультфильм. Там утёнок попал в компьютер и за ним погнался Интернет и бил его своим острым хвостом, и утёнок стал от этого красный, цветной…»
Сочиняет сказку: «Пошёл один охотник в лес. Взял ружье и думает, в кого же мне стрелять? В людей нельзя, в зверей нельзя, в Бога нельзя… Буду стрелять в бутылки…»
«Папа, я думаю о чём-нибудь и засыпаю», говорит Маша.
И я вспомнил, что это была целая эпоха, когда я засыпал, а отец чем-нибудь занимался, например, проявлял пленки, печатал фотографии. И я смотрю на Машу, умиляясь и тоскуя — по отцу, по себе тогдашнему, по Маше сегодняшней — по всему, что так скоро проходит на свете, а казалось вечным…
Вечность — это что-то кажущееся.
Ездили за город на автобусе. День был ветреный и платный пляж закрыт. Мы посидели на лавочке в скверике на Санаторной, поели котлет с огурцами, погуляли и поехали назад, уже на электричке. Это была её первая поездка на поезде. А вечером, после дневного сна, мы с ней вместе загорали на балконе, потом сходили за чем-то в магазин и купили ей в киоске мыльные пузыри. Был ветер, и они очень хорошо, густо и быстро летели по улице. Потом мы вернулись домой и пили чай. И Маша сказала, глядя на меня через стол: «Правда, жить хорошо?»

Об авторе:
Евгений Мамонтов, писатель, окончил Литературный институт им. Горького, лауреат Литературной премии им. Астафьева. Живет во Владивостоке.

Иллюстрация Инги Букреевой. Опубликовано в бортовом журнале «Владивосток Авиа» № 41, 2009 г.

0 Comments

Comments RSS

Leave a comment

Allowed tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>