Синус. Я проехал больше других

— Как возникло увлечение байком?
— Мотоцикл был всегда рядом со мной, я его любил всегда, со школы, он был возможностью не зависеть от многих обстоятельств. Байк — это ведь что? Это два колеса, мотор между ног и возможность быть свободным. Это кентавр на двух колесах. В детстве на мотоцикл денег не было, так я первый байк сделал своими руками: по винтику собрал, потом его забрали на выставку юношеского творчества.
— Есть распространенное мнение, что байкеры склонны объединяться в группировки. А в Приморье ты — лидер движения байкеров. Это так?
— Конечно, нет! На самом деле в обществе есть другой стереотип: байкер — это бандит, торгует наркотиками, пьет пиво
и развратничает. Если вы так думаете, то я не с вами. Нет мотоциклетного движения, но мы все ездим, и само по себе это движение. Мы — просто люди, которые ездят на мотоциклах, иногда мы ездим вместе и все. А я никакой не лидер и нигде себя им не провозглашал. Просто я больше других проехал. И все!
— А не ты ли сказал, поехали все лицом к океану? Не ты ли позвал?
— Ну, я.
— Значит, ты организатор?
— Нет. Любой мог сказать, Петя Иванов или кто угодно: «Поехали на шашлыки», — и все бы поехали. Если людям близка твоя идея, все с охотой присоединяются. Если в обществе мало людей, которые могут придумать что-то, такой человек рано или поздно все равно находится. Вот я и нашелся.
— Ты на мотоцикле объехал чуть не пол света. Как началось это увлечение мотопутешествиями?
— Давай я по-простому расскажу? Когда я учился в школе, то хотел проехать автостопом от Владивостока до Питера. Купил атлас, все рассчитал, завел журнал. Ну, естественно, меня не пустили. Потом, когда подрос, поучился, поработал на БАМе, денег на хороший мотоцикл заработал, тогда объехал все Приморье. Потом женился, родились две замечательные девчонки. Появилась необходимость зарабатывать деньги. Детские мысли о путешествиях пришлось отложить надолго. Невозможно было оставить телегу, ярмо обыденности, иначе — все. И тянул я свои оглобли до 2000 года, а в 2000-м просто понял, что или сейчас, или уже никогда, и начал активно готовиться к поездке «Владивосток—Гибралтар—Владивосток».
— Близкие легко восприняли идею пересечь на байке Евразию?
— Семья сказала: «Папа, ты что, как мы без тебя жить-то будем? Не дай Бог, ты пропадешь там, разобьешься, кто деньги-то зарабатывать будет?» Можно провести аналогию: вот лошадь, которая всю жизнь топает по кругу, не 8 часов в день и не 10, а столько, сколько скажет хозяин. И вдруг эта лошадь поворачивается и говорит: «Знаешь, я участвую в гонках «Дебри». А хозяин ей: «Ты что, еще и говорить можешь?» Так же было и у меня: уходил утром, зарабатывал деньги с превеликим трудом, приходил вечером, и семья думала, что так всегда и должно быть. Но потом семья стоически замолчала, потому что я объяснил, что заработаю им денег на упущенную, так сказать, за время моего отсутствия прибыль. Так, в принципе, и вышло. Я активно зарабатывал деньги и готовился к поездке.


— Сколько готовился?
— Полгода готовился. Это потом я заметил, что, сколько длится путешествие, столько я к нему и готовлюсь. Та подготовка была вообще первой. Подсчитал, что на поездку нужно насобирать 8 с половиной тысяч долларов. Искал деньги, готовил документы. Но за все время удалось насобирать только 3025 долларов.
— И как же с таким дефицитом средств ты решился на длительное путешествие?
—Я ведь специально задумал такой маршрут, чтобы деваться было некуда. Заранее всем еще зимой сказал, чтобы приходили меня провожать в середине лета в 12 часов дня на Корабельную набережную. Представляю, если бы я не пришел на свой собственный старт, это была бы самая крутая ошибка в моей жизни. На старт набежала куча народа, были СМИ. Ну, я нажал на кнопочку и поехал. Всю дорогу до Хабаровска думал: «Синус, ты что затеял? Вот доедешь до Хабаровска, повернешь обратно, приедешь домой, и никто тебе ничего плохого не скажет». Но я знаю, сказали бы: «Сдрейфил». Пока ехал эти восемьсот километров, все устоялось в голове, уговорил себя: «Ты доедешь до Гибралтара, там каких-нибудь 15 тысяч километров. Синус, не сорок первый, прорвешься».
— А почему денег не насобирал, спонсоров не нашлось?
— Спонсоры были, конечно, без них бы вообще ничего не состоялось. Но мало спонсоров у нас. СМИ помогали деньги найти, все время рассказывали о моей подготовке, интерес подогревали. Были даже простые люди, которые хотели помочь. На старте подошел мужик и сунул 20 долларов. «Возьми,— говорит, — пригодятся».
— Как Россия встречала?
— Да здорово встречала. Россия — самая лучшая страна в мире. Мне даже в палатке ночевать почти не пришлось. Я же заранее через Интернет всех байкеров оповестил. В город въезжаю, и меня уже ждут. Я тебе говорил, что не существует байкерского движения, это правда, а вот байкерское братство действительно существует, и это самое главное, что есть у нас, двухколесников. Такое есть только у дальнобойщиков и у нас, мотоциклистов. Во время путешествия я, кстати, иногда ставил мотоцикл посередине машин дальнобойщиков. Они бродяги и я бродяга. Мы друг друга понимали.
— Как ты время планировал или ехал как ехалось?
— Нет, в путешествии должно быть несколько реперных точек. 15 июля я должен был быть у мамы в Петербурге. Ровно месяц, чтобы приехать к ней на день рождения. Приехал к 12 ночи, успел. Что в путешествии главное? Это вход и выход. Если вход состоялся, выход будет по-любому. Дорога домой начинается со старта. Выход это финиш, а вход — старт. Если держишь это все время в голове, все получится.
— Есть ли разница в путешествиях по России и по Европе?
— В Европе путешествовать вообще приятно и проблем почти никаких. На пароме приехал в Финляндию, а оттуда уже в Германию, где меня встретили немецкие братья. Помогли мне с тем, где жить, что есть, проводили до Австрии. Оттуда уже поехал один, и проехал очень много стран. Кстати, все деньги я потерял в Германии и весь путь по Европе совершил на 500 долларов. Этого хватило только на бензин. Питался зелеными апельсинами, которые собирал по дороге. 16 килограмм сбросил, пока не доехал обратно до Германии, где у меня дядя живет. Дядя накормил, дал 200 долларов, я доехал до мамы. Обратный путь совершил тоже с деньгами только на бензин. Да и не нужны были деньги. Везде встречали, кормили. Я никому плохого не делал, поэтому люди были меня рады увидеть снова.
— Что было главным в кроссе через Евразию по ощущениям, эмоционально?
— Первое — это когда въехал на Красную площадь. На нее никого тогда не пускали, тем более на мотоциклах. Дело-то ночью, естественно, было, когда мы к площади подъехали. А мне разрешили, потому что московские байкеры объяснили милиции, что я из Владивостока на мотоцикле приехал. Я постоял на площади со своим мотоциклом, сфотографировался. Это было очень торжественно для меня по ощущениям. Второй такой эмоционально сильный момент был, когда в Париж въехал. Гордость была какая-то, что еду мимо Эйфелевой башни, что доехал. Ну, это не передать словами.


— Это было круто?
— Да, было круто.
— Ты, наверное, свободно говоришь на всех европейских языках, раз у тебя никаких проблем не было?
— Ну, с этим вообще просто. Языков я совсем не знаю, да и они были не нужны. Первое, что я понял: если люди хотят понять друг друга, им язык не нужен, а если не хотят, то никакой язык не поможет. Второе по части языка, что важно: «More beer — more understand», т.е. больше пива — больше понимания. Я, конечно, как и все могу объясниться на самом примитивном уровне: что мне нужен ночлег и что-то самое простое. И потом, есть еще великий язык жестов, на котором общались наши предки.
— Вернулся победителем, на железном коне?
— Ну да, все считали, что молодец, что много проехал. Да собственно так и было, 31 тысячу 700 километров проехал туда и обратно. Хотя мне часто говорят: «Ну и кому нужны твои путешествия?» А никому. Мне нужны.
— Ты стал знаменит. Это жизнь украсило или испортило?
— Когда я вернулся из первого путешествия, куча людей стала ко мне по-другому относиться. Был просто Синус, так себе парень , а стал Синус, о котором все говорят. Я стал как бы на другой орбите, и многим это не понравилось. «Загрузился» я по этому поводу. Один байкер из Англии, с которым я общался в аське, через программу-переводчик, все объяснил мне. У них есть старая пословица: «Каждый вылезший гвоздь получает по шляпе». Я все понял, это закон общежития. Известность — очень плохая штука. Что я от нее поимел? Она добавила веса к бренду и все. А что мне в бренде? Все пытаются продать его, но ни у кого не получается. Я зарабатываю на том, что продаю среди байкеров по всей стране подержанные байки разных байкеров. Спекулянт, так сказать. А за помощь в продаже имею вознаграждение. В этом моем маленьком бизнесе бренд немного помогает, потому что люди знают Синуса, знают, что Синус плохого не предложит.
— Тебя послушаешь, так все у тебя легко получилось, а ведь многие мечтают совершить нечто подобное, но очень мало кому это удается.
— Мне все говорят: «Да я бы то же поехал, но…», и за этим «но» у каждого свое: у кого семья, у кого работа. Если они поедут в такое длительное путешествие, то все это потеряют, как потерял я, они это знают и не решаются. Вообще, у нормального человека должны быть якоря. Это нормально. Судно без якоря рано или поздно разобьется. А я давно живу без якорей. Но самое существенное препятствие, это все же деньги. Вот на путешествие в Америку мне нужно было около
10 тысяч, собрал около 8. А на короткое путешествие в Корею, я его совсем недавно завершил, всего 1000 долларов. Я на него целый год деньги откладывал и спонсоров не привлекал.
— У тебя какие-то сверх малобюджетные туры получаются.
— А я в путешествиях очень экономный человек. По пальцам могу пересчитать, когда ночевал в мотелях. А питаюсь я так: утром — пол-литра молока, еду до вечера. Вечером — пирожок и молоко. И все. Худею, конечно, но для меня это совсем не страшно.
— Ты иногда путешествуешь под девизами. Какими?
— В первый раз, я придумал девиз «Дружба без границ». Это был не пиаровский ход, а очень искренний девиз. Второе путешествие по Америке я совершил под девизом «Два колеса, два мира». Я хотел дать понять, что, несмотря на все наши различия, мы, в принципе, одинаковые. У каждого две ноги, два колеса. И кажется, мне это удалось. Люди, с которыми я в Америке общался, а их было много, первые вопросы задавали почти все одинаковые: «Синус, а где твоя ушанка?» Или: «Синус, а у тебя есть “Калашников” дома? Синус, давай водку пить». — Я говорю: «Я не люблю пить водку». — А они: «Ты чего, брось, ты ведь русский, как же ты не любишь водку?» Т.е. у них при общении со мной ломались стереотипы. Когда мы прощались, мне один парень сказал: «Наши партагеноссы дерутся, а вот если сейчас меня призовут воевать против России, а я уже не пойду». По-моему я кое-чего добился. Так и я всем вокруг говорю, что американцы вовсе не тупые, что у них есть любовь, дружба, преданность, что они точно такие же, как мы. Вполне сознательно все мои остальные путешествия начал проводить под тем же девизом: «Дружба без границ». Потому что я хочу, чтобы в мире была дружба, и чтобы не было границ. В глубине души очень завидую тем, кто может без виз ездить в разные страны, как американцы, например.

Фото Игоря Соколова. Материал опубликован в бортовом журнале «Владивосток Авиа» № 29, 2006 г.

0 Comments

Comments RSS

Leave a comment

Allowed tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>